В конце мая 2026 года Комитет по вооружённым силам Палаты представителей США обнародовал проект Закона об оборонных расходах на 2027 год (NDAA) с рекордным бюджетом в 1,15 триллиона долларов. Среди тысяч страниц этого документа есть абзац, который может радикально изменить мировую геополитику.
Раздел 224, озаглавленный «Инициатива по сотрудничеству США и Израиля в области оборонных технологий», предлагает военную интеграцию двух стран на уровне, превышающем партнёрство Вашингтона с любым членом НАТО.
Речь идёт не просто об очередном пакете военной помощи. Раздел 224 закладывает правовую основу для совместных разработок в области искусственного интеллекта, кибербезопасности, автономных систем оружия, биотехнологий и квантовых вычислений. Ключевой элемент — «слияние данных» (data fusion): военные базы данных США и Израиля фактически объединяются, образуя единое информационное пространство. Министр обороны США будет назначать специального «исполнителя», ответственного за синхронизацию совместных действий Пентагона и АОИ.
Критики заявляют: если раньше Израиль получал американское оружие и деньги, то теперь предлагается встроить израильский военно-промышленный комплекс непосредственно в американский. Или наоборот. Как только возникнут совместные заводы, цепочки поставок и зависимость Пентагона от израильских технологий, отношения перестанут быть политическим выбором — они превратятся в инфраструктуру. А инфраструктуру разобрать несравнимо труднее, чем проголосовать против очередного пакета помощи.
За и против: расклад в Конгрессе
Инициатива имеет двухпартийную поддержку на уровне руководства фракций: её внесли председатель Комитета по вооружённым силам республиканец Майк Роджерс и старший демократ в том же комитете Адам Смит. В Сенате за неё выступают Тед Бадд и Кирстен Гиллибранд, в Палате представителей — Ронни Джексон.
Но у раздела 224 есть и объединенный фронт оппонентов – редкий пример межпартийного единства в нынешнем Вашингтоне.
Демократ Ро Кханна (Калифорния) объявил, что внесёт поправку об исключении раздела 224. Республиканец Томас Мэсси (Кентукки), известный своими либертарианскими взглядами, заявил в социальных сетях: «Мы суверенная страна». Если законопроект выйдет из комитета, Мэсси обещал добиться его отклонения на пленарном голосовании. Примечательно, что Кханна и Мэсси уже неоднократно объединяли усилия по израильской теме, несмотря на принципиальные разногласия по большинству других вопросов.
Конгрессмен-республиканец Деррик Ван Орден, как и следовало ожидать, тут же обвинил Мэсси в антисемитизме.
Каковы шансы на принятие закона? Большинство аналитиков считает, что двухпартийная поддержка руководства делает прохождение раздела 224 через Конгресс весьма вероятным — NDAA является «обязательным» законодательством, оно принимается ежегодно, и к нему традиционно прикрепляют спорные положения именно потому, что отклонить весь закон политически невозможно. Тем не менее давление снизу, как общественное, так и со стороны части законодателей, даёт шанс на исключение или смягчение этого раздела в ходе поправок.
Опросы показывают, что 57% американских избирателей выступают против предоставления Израилю дополнительной военной и экономической поддержки. Разрыв между настроениями общества и позицией руководства Конгресса — один из самых острых за последние годы, но это совсем не означает, что политики пойдут на поводу у избирателей.
Газа как полигон: ИИ на службе войны
Чтобы понять, что именно США предлагается интегрировать, необходимо разобраться в том, как израильская армия уже применяет искусственный интеллект в Газе. Правозащитники называют сектор «испытательным полигоном»: десятилетиями Израиль обкатывал здесь новые технологии, а затем продавал их по всему миру. В распоряжении Армии обороны Израиля — как минимум три ключевые системы ИИ.
«Лаванда» (Lavender) анализирует огромные объемы данных о жителях Газы: историю звонков, смену телефонных номеров, социальные связи, перемещения. На основе этих данных алгоритм присваивает каждому человеку числовой «рейтинг подозрительности». Если рейтинг превышает заданный порог, человек автоматически вносится в список на уничтожение. В первые недели войны «Лавандер» сформировала список из 37 000 потенциальных целей. По данным источников, около 10% этих людей были идентифицированы ошибочно.
«Евангелие» (The Gospel) работает иначе: вместо людей оно идентифицирует объекты — здания, склады, командные пункты. Система также способна выбирать «шоковые цели» — гражданские объекты, разрушение которых рассчитано на психологический эффект против мирного населения.
«Где папа?» (Where‘s Daddy?) отслеживает геолокацию целей по мобильным телефонам и посылает сигнал военным в момент, когда подозреваемый возвращается домой к семье. Название говорит само за себя. Логика проста и цинична: нанести удар по жилому дому технически проще, чем по военной позиции. Один из офицеров израильской разведки, беседовавший с журналистами на условиях анонимности, признал: «Мы бомбили их дома без колебаний, как первый вариант. Система создана, чтобы находить их именно в таких ситуациях».
Правозащитные организации зафиксировали целый ряд системных нарушений. Офицеры израильской разведки свидетельствовали, что в первые недели войны армия полагалась на «Лаванду» почти безоговорочно — решения алгоритма воспринимались «как будто это было человеческое решение». При нанесении ударов по целям низкого приоритета из списка системы предпочтение отдавалось неуправляемым авиабомбам — «тупым бомбам», способным полностью уничтожить жилое здание.
Особую тревогу вызывает гендерная предвзятость: одним из ключевых факторов оценки служит признак «мужчина = потенциальный боевик». Эта логика похожа на ту, что применялась США в дроновых войнах эпохи Обамы. Human Rights Watch установила, что алгоритмы питаются данными массовой слежки: переписями, метаданными телефонов и данными о перемещениях. Значительная их часть устарела или не является полной. Это превращает алгоритмический приговор в статистическую лотерею.
Если раздел 224 будет принят, США унаследуют не просто технологии, но и стандарты их применения — включая допустимый процент ошибок и минимальный контроль оператора. Это неизбежно углубит партийные конфликты внутри страны, и вызовет осложнения зарубежом.
Глобальные последствия
Военная интеграция такого масштаба неизбежно изменит расстановку сил на Ближнем Востоке и за его пределами.
США десятилетиями позиционировали себя как «честного брокера» в урегулировании мировых конфликтов. Партнёрство с Израилем теснее, чем с любым членом НАТО, окончательно разрушит этот образ. Саудовская Аравия, Иордания, ОАЭ и Египет балансируют между Вашингтоном и собственным общественным мнением — в арабском мире настроения по отношению к Израилю после событий в Газе достигли исторического антагонизма. Правительства этих стран окажутся под колоссальным внутренним давлением.
Соглашения Авраама — дипломатический прорыв, открывший отношения между Израилем и рядом арабских государств, — могут стать жертвой этого процесса. Общественное мнение в арабских странах и без того крайне враждебно к Израилю, и дальнейшая американская поддержка рискует обрушить именно те правительства, которые решились на нормализацию.
После совместных американо-израильских ударов по Ирану в начале 2026 года и последовавшего хрупкого перемирия углубление военного союза воспринимается в Тегеране и его союзниками — «Хезболлой», хуситами, проиранскими группировками в Ираке — как прямая угроза. Это создаёт почву для новой эскалации.
Турция, член НАТО, уже неоднократно выражала резкое несогласие с действиями Израиля в Газе. Дальнейшее сближение Вашингтона и Тель-Авива грозит углубить разлом по линии «Запад — исламский мир», которым немедленно воспользуются Россия и Китай.
Наконец, существует международно-правовое измерение. Израиль находится под следствием в Международном суде ООН по обвинению в геноциде. Глубокая военная интеграция с государством, которому предъявлены подобные обвинения, неизбежно поставит США под удар международной критики и осложнит отношения с партнёрами в Европе, Азии и Латинской Америке. Такое развитие событий неизбежно ухудшит отношения США и с партнерами по НАТО, которым Вашингтон предпочел Израиль.
Раздел 224 — это не просто статья военного бюджета. Это выбор модели присутствия США в мире. Технологии, отработанные в Газе с 10-процентным уровнем ошибок и минимальным контролем операторов, могут войти в арсенал крупнейшей армии планеты. Ставки выходят далеко за пределы Ближнего Востока: речь идёт о прецеденте применения искусственного интеллекта на полях сражений будущего — и о том, кто и по каким правилам будет устанавливать стандарты войны нового поколения.
В.Я.
Публикация с использованием ИИ основана на материалах Responsible Statecraft, Human Rights Watch, +972 Magazine, Al Jazeera, Jewish Telegraphic Agency и других открытых источниках.
Image generated by Grok Imagine (xAI)
